Mako x Hazuki (david & lynch) [interview]

107001438
Pamphlet: deadmanlynch. – david & lynch
Translation: Hotaru Filth
Comment: Интервью Мако и Хазуки в период совместного тура deadman и lynch.

– Сегодня 18/11/2005 и мы в Ниигате. Лайвы в Сендае и Ниигате уже прошли, как ощущения? Как настрой в ваших группах?
Mako: Да… Ну, не все так гладно, зато интересно.
Hazuki: Настрой сейчас хороший.
– Как вам понравилось петь песни друг друга?
Mako: Я трактовал лирику иначе, так что в каком-то смысле это стало для меня шоком. (смеется) Совсем наоборот воспринимал.
Hazuki: Нужно было воспринимать буквально.
– А, скрытый смысл искали?
Mako: Да. Но это хорошо, не плохо. Просто я удивился. “Серьезно?!”
Hazuki: А я подумал, что у нас очень отличается манера мелодии.
Mako: Манера мелодии?
Hazuki: Да. До чего сложно петь то, что исполняют другие. Это меня удивило больше всего.
– Особено в “25”.
Hazuki: Вначале я никак не мог запомнить текст, пришлось постараться.
– Почему Ваша команда решила исполнять “25”?
Hazuki: Сначала предлагали “Arizuka”.
– О, кто?
Hazuki: Я. (смеется) Я говорил, что обязательно хочу исполнить “Arizuka”, но остальные как-то не загорелись идеей… “Ну, это интересно, но…” “Играть ее на сессионке?” … Но я вспомнил, что во время интро айе иногда прикольно так коленки разводит. Я хотел, чтоб он так сделал, и выбрал “25”. Но в итоге в Сендае коленками изо всех сил дергал я, а айе этого так и не сделал. (смеется)
– (смеется) Команда Мако выбрала “melt”. Почему?
Mako: Гроулить как Хазуки я не умею, так что не знал, что же выбрать… Интро этой песни нравилось мне и раньше. Очень классная, как мне кажется, но когда я сказал Казуе, что выбрал эту песню, он меня не понял. На тот момент еще даже CD не вышел. “Что это за песня вообще? Я ее не знаю!” (смеется) Вначале я просто копировал. Хазуки.
Hazuki: О?
Mako: Копировал, да.
Hazuki: Разве?
Mako: Да, вначале.
Hazuki: Но она тебе идет, эта песня.
Mako: Но это все равно был шок.
Mako+Hazuki: (смеются)
Mako: Только когда суетишься, то и ошибаться начинаешь. Хотя на репетиции все идеально было. Мне даже нравилось.
– Мне было очень интересно, какой получится “25” в исполнении Хазуки.
Hazuki: Решил выучить ее получше. Так что на удивление у меня получилось ее спеть.
Mako: Это сложно… Потому что группа.
Hazuki: Я ошибся в строчке “Kago no naka no tori~” (“Птица в клетке~”)
Mako: Там можно ошибиться?
Hazuki: Случайно спел “Tsunagareta inu~” (“Пес на привязи~”) [перепутал местами куплеты. – прим.пер.]
Mako: А, у меня это тоже бывает.
Как вам понравилось выступать с другими музыкантами?
Hazuki: Хм… Когда мы пришли в студию, первым меня удивил Токи. Очень он хорош… Играет непринужденно, но когда он так громко шарахнул по установке, то я даже подскочил. Ничего себе звук!! айе тоже очень хорош. Отличный был опыт. У нас ведь получилось стать группой?
Mako: Получилось.
Hazuki: Очень слаженно было. Если сравнивать с lynch.
Mako: Потому что в необработанном виде все.
Hazuki: Вышло очень энергично, как у полноценной рок-группы. Еще в студии.
– А что скажете Вы, Мако?
Mako: Я… Ну, с Рео мы уже раньше играли вместе. (улыбается) Было чувство, что все как прежде. Асанао тоже милый.
– И это все? (смеется)
Mako: Ооочень милый.
Hazuki: Его все любят.
Mako: Он использует наушники, и если говорить не в микрофон, то он не слышит.
– Правда?
Hazuki: Вообще ничего не слышит.
Mako: Даже когда я просто что-то говорю, у него лицо: “А? Что?”
– То есть, когда Вам нужно что-то сказать Асанао во время лайва, зрители это тоже слышат?
Hazuki: Вчера в Ниигате так было, пришлось микрофон использовать. Вроде говоришь ему, а он как будто не слышит. Так что вчера он вытащил наушники. (смеется)
– Вон они как ни в чем не бывало беседуют на задних сиденьях. Токи и Асанао.
Mako: Я очень люблю Рео как человека, потому был рад снова вместе играть.
– Кстати, это в который раз lynch. приехали в Сендай и Ниигату?
Hazuki: Сендай – второй, Ниигата – третий?
– deadman тоже не так часто сюда приезжают?
Mako: Да, приезжаем тогда, когда о нас уже забывают.
– В Сендай вы не заезжали с марта. Давненько.
Mako: Неловко приезжать спустя столько времени. (смеется)
Hazuki: Неловко?
– Все уже забыли.
Mako: Да.
– Вы так редко сюда приезжаете, может у вас какое-то особое отношение к слушателям из Сендая и Ниигаты?
Mako: К людям, которые слушают нашу музыку, ничего такого нет. Ничего плохого, по крайней мере. (смеется) А у тебя?
Hazuki: Хм… Отношение к слушателям… Если сравнивать с лайвами в Токио-Нагоя-Осака, то глаза у людей здесь горят ярче. Наверное потому, что они видят нас реже. Настроение тоже другое. Когда лайвы проводятся часто, то и настрой в зале уже какой-то стабильный. Например, люди делают фури, абарэ. [Определенные движения в ритм песням. – прим.пер.] Здесь этого почти нет, ничего заранее не продумано, можно диктовать свою атмосферу, и это интересно.
– Головой не ударились? Когда Вы взбирались на помост, я переживал(а), что ударитесь головой о потолок над сценой.
Hazuki: Все в порядке. В Ниигате тоже был близок к этому.
Mako: Головой касался?
Hazuki: Касался. (смеется)
– Мако давно не был в Сендае, да и в Ниигату с августа не приезжал.
Mako: Я люблю видеть новые лица. Людей, которых не знаю, которых вижу редко, и которых могу увидеть только в этих местах. На час-два они будто становятся нашими друзьями… И нас связывает не просто музыка, а нечто большее. Ведь с людьми, с которыми нас связывает музыка, действуют еще более доверительные отношения. И я очень рад этому.
– Понимаю. Ну, раз уж вы наконец встретились в таком месте, возможно, у вас есть вопросы к друг другу? Или нет?
Mako: У меня есть.
Hazuki: Какой?
Mako: Как у тебя получается такой голос?
Hazuki: Гроулинг? Гроулинг… Вот здесь… расщепление идет? У тебя ведь тоже выходило. Сила связок… Трудно сказать, как именно.
Mako: У меня так не получается.
Hazuki: Даже не знаю…
Mako: У меня он срывается, когда пытаюсь. Есть какой-то способ, чтоб не срывался?
Hazuki: Есть, наверное?
Mako: Как ты это делаешь?
– Наверное, если только горло напрягать, то звук не продлится долго?
Hazuki: Да, но если не использовать горло, то и голос не деформируется как надо. Но есть и безболезненные способы это делать.
– У Вас спокойно выходит?
Hazuki: Да, потому что уже третий день. Во время этого тура с deadman мы поставили себе за цель быть на определенном контрасте, потому в меню lynch. оказались в основном тяжелые песни. И вот мы играли их уже три дня и я… не чувствую никаких изменений.
– Это здорово! А у Вас, Хазуки, есть вопросы?
Hazuki: Когда я наблюдал за Вами, то подумал, как же здорово Вы входите в мир [своей лирики]. Вы на автомате переключаетесь? Или нужна определенная подготовка?
Mako: Хм… От ситуации зависит. Но я не думаю, что так уж глубоко вхожу.
Hazuki: Разве?
Mako: Если войду слишком глубоко, то забуду все на свете.
Hazuki: Аа… А 9 ноября в E.L.L. вы что в конце исполняли? После окончания Вы так смеялись, когда уходили. Я подумал: “Ого! Я бы так точно не смог!” И правда, если слишком войти в такое состояние, то можно забыть все на свете, потому лично я стараюсь сохранять самообладание. Но я восхищаюсь, когда люди могут показать такое полное погружение.
– А как переключаетесь Вы, Хазуки?
Hazuki: У меня особо ничего не меняется. В основном. Просто не разговариваю… Хотя когда нужно поболтать, то могу болтать спокойно. “Да-да, добрый вечер”. Как-то так.
Mako: Как на той сессионке недавно, когда lynch. были в неполном составе?
Hazuki: Да, болтал без проблем.
Mako: В моем же случае… Когда я, так сказать, вхожу в песню, то вообще не понимаю, о чем думаю. Остаются только чувства, которые я испытываю. Например, боль… Только это и остается. Если войду слишком глубоко, то даже лирику не могу произносить… Только стоны…
Hazuki: Насчет изменений во время песен… Я не всегда могу переключиться так уж легко. Например, если мы играем очень грустную песню, то сразу же переключиться на веселую я не могу. Затягивает, безусловно. (улыбается) Впрочем, не думаю, что у меня это хорошо выходит – воспринимать все как обычные чувства. В этом плане я восхищаюсь, когда смотрю на Мако.
Mako: Я рад, если могу это передать.
– Ну, есть ли у вас какие-то пожелания к друг другу?
Mako: Я хочу, чтоб Хазуки оставался таким, какой есть.
Hazuki: (улыбается)
Mako: Чтоб делал то, что ему нравится, то, во что он верит.
– А Вы, Хазуки?
Mako: Вернуть лирику kein?
Hazuki: (смеется) Нет, но… Разве сейчас не так? Мне так показалось. Вы будто немного вернулись к старым нюансам, нет? Такое впечатление сложилось… Когда альбом послушал. Поэтому вернуться к прошлому я Вам желать не буду.
Mako: (улыбается)
Hazuki: Лирика deadman тоже восхитительна.
Mako: Нам самим этого не понять. Вообще не понимаем, где заложена эта разница.
Hazuki: Это и в самом деле не большой нюанс, но во времена kein Вы как будто более… прямо взывали к слабостям человека?.. “Не поступайте так-то”. Этот нюанс у Вас был четко выражен. Так мне казалось в мои 16.
Mako: Если так подумать, сейчас я на все более философски смотрю, наверное.
– Лично мне кажется, что раньше Ваша лирика была более деликатной, что ли… В ней было много всего.
Mako: Сейчас она стала более мужской.
Hazuki: Наверное.
– Ну, наверное, закончим вашими целями на этот тур.
Hazuki: Целями… в рамках lynch.?
– Нет, можно и своими собственными. Например, что вы хотели бы чаще ходить вместе выпить.
Hazuki: Хотел бы.
– Но у вас уже есть предупреждение, чтоб много не пили.
Hazuki: Вчера мы малость переборщили.
Mako: Я могу достичь состояния выпившего даже когда сам не употребляю.
– Да, знаю.
Mako: (смеется)
Hazuki: Это круто.
Mako: Поскольку я не пью, то прекрасно все помню. Я очень коварен.
Hazuki: Если б мне сегодня сказали выступать в таком состоянии, то я бы не смог. Вчера я очень много выпил.
– Как глупо… (смеется)
Hazuki: Когда проснулся, чувствовал себя ужасно.
– Да, да. Поэтому давайте о целях.
Hazuki: Если говорить в контексте группы, то, как я и сказал раньше, хотел бы научиться слаженности deadman. Хотел бы перенять это для нас. И еще хотел бы чаще ходить гулять. Пойти в парк, поиграть в бейсбол.
Mako: Я не умею бить.
Hazuki: Я тоже. Просто когда хожу в тренировочный центр, это помогает снять стресс. [Имеет в виду именно “Batting Center”, где можно понабивать битой бейсбольные мячи. У нас это явление не распространенное, потому не знаю, как точнее перевести. – прим.пер.]
Mako: Правда?
Hazuki: Но я не попадаю.
Mako: Если я пойду в тренировочный центр, то могу быть только судьей. Биту с собой не возьму, просто буду стоять сзади и кричать: “Страйк!” (смеется) [В бейсболе “страйк” – ситуация, когда бэттер (бьющий) не нанёс удара при подаче. – прим.пер.]
Hazuki: Там все будет “страйк”. (смеется)
– Поэтому давайте о целях.
Mako: До этого момента все было немного напряженно, так что хотелось бы, чтоб впредь мы все могли просто получать удовольствие. И еще хотелось бы яснее выражать свои мысли. Я хотел бы получать ответ… Для того и сделал лирику немного проще.

Читайте также:
Kazuya x yukino (david & lynch) [interview]

Advertisements