Voice Mag 01 (Mako personal interview)

jR7ka5NYfqs
Magazine: Voice Mag 01 (September 2002)
Interview: Reiko Arakawa
Translation: Hotaru Filth

Comment:  Тема выпуска – “Воспоминания о песнях”. Мако-сама рассказывает о том, как начал петь, о темах в его лирике, отличии deadman от kein и чувствах на сцене. Журнал вышел 30 сентября 2002 года.

– Какие у Вас ассоциации, когда Вы слышите слово “песня”?
Mako: Песня… По большому счету песни я не люблю… И то, что я пою, мне тоже не нравилось. Я люблю слушать, и мне больше нравились сюрреалистичные мелодии. С самого детства я слушал одни только мрачные и грустные вещи. Хотя если Вы спросите, что именно это было, то точно я не вспомню.
– А вот в младшей школе на уроках музыки Вас наверняка заставляли петь. Что об этом думали?
Mako: Как и каждый ребенок. (улыбается) Я пел, но мне это не нравилось. Вообще не любил перед людьми выступать.
– Ох, так что же Вам тогда нравилось?
Mako: Театральные представления…
– Но в театральных представлениях ведь тоже нужно перед людьми выступать?
Mako: Это другое. Вы ведь становитесь другим человеком. Делаете движения, рассказываете текст, но этот человек – не Вы.
– Ну, а есть песни, которые Вас сподвигли начать петь?
Mako: По телевизору многих хороших исполнителей видел, но среди знакомых таких людей не было… Но потом как-то узнал, что кое-кто из знакомых хорошо поет и удивился, что вот так запросто можно. Если это можно считать толчком, то пусть так.
– До группы писали музыку?
Mako: В программе создавал.
– А когда Вы поняли, что петь тоже интересно, то сразу подумали о группе?
Mako: Нет, не сразу.
– Тогда как так вышло, что Вы стали в группе петь?
Mako: Это произошло не из любви к песням. Просто злость выпускал. (улыбается) Во мне было много злости, вопросов, конфликтов… Чувствовал противоречия в религии, в обществе.
– Вот как? Как поэт?
Mako: Нет, стихи я не пишу. Они просто вертятся в моей голове. И в таком состоянии я просто концентрируюсь на отдельной теме и пытаюсь всё-всё о ней обдумать, разобраться от начала и до конца. Например, для меня было много странного в христианстве, и я очень старался докопаться до истины… Я не знаю, правильно что-то или нет, но если вижу противоречивые моменты, то хочу разобраться.
– Но, говорите, в лирике это выражать не пытались.
Mako: В то время я вообще не думал о группе, это была средняя школа.
– То есть, еще со школьных лет Вы были очень вдумчивым человеком.
Mako: Пожалуй. Всё в себе, всё в себе. (улыбается) Бывают ведь периоды, когда всё становится ненавистно?
– Переходный возраст, да? То, о чем Вы размышляли в то время, легло в основу того, о чем Вы поете сейчас?
Mako: Не всё, конечно, но есть моменты.
– Ну, раз уж разговор зашел о настоящем, то есть ли исполнители или авторы лирики, которые Вам сейчас нравятся?
Mako: Так сразу и не вспомню. … Хотя думаю, что в чем-то согласен с Мэрилином Мэнсоном.
– Это в чем же?
Mako: Думаю, он тоже озвучивает противоречия, что есть обществе, политике, при том, что был христианином. Религиозное общество ведь выступает против него? Но даже когда все настаивают, что не прав ты, мне хотелось бы озвучивать, что и в обществе, и в политике тоже есть проблемы.
– Думаю, давление на него оказывают значительное, но есть ведь и другие методы самовыражения, не обязательно столько врагов заводить. Что думаете?
Mako: Что он делает – это его дело. Думаю, его всё устраивает. Люди, которые давят на него, считают это справедливостью? Что лишь подтверждает, что такая их справедливость ошибочна.
– Сколько лет уже прошло с тех пор, как Вы выбрали пение в группе и вышли на сцену?
Mako: Со времен kein… Это сколько уже?
– В материалах указано, что с апреля 1997.
Mako: Я человек, который стирает прошлое, потому не очень помню.
– “Стирает прошлое” (улыбается) Это поэтому Вы говорили, что забыли текст песни на своем выступлении 16 марта, когда собрались на один день в формате kein?
Mako: И правда забываю. Я и в обычное время забываю, что тоже нехорошо. (улыбается) Что прошло, то прошло. Имею в виду… Сейчас это deadman, и я такой, какой есть сейчас. Так что всё, не стоит! Как-то так. (улыбается)
– (улыбается) Хотите сказать, что уже забыли все тексты kein?
Mako: Нет, конечно нет. Основную часть помню, но какие-то мелочи забываются.
– Прошло уже полтора года с образования deadman, и сейчас Вы, кажется, свободнее себя ощущаете? В начале чувствовался определенный груз на плечах. Или нет?
Mako: Это так. Много думал о том, как подавать те или иные вещи, точно ли я передаю свои мысли, и если мне говорили, что какую-то лирику лучше подносить иначе, то так и делал. Так, наверное, было первое время. Вроде как если мы имеем четкое представление о том, какой должна быть эта группа, выбираем определенный путь, то некоторая лирика нам не подходит.
– Мне, тем не менее, кажется, что вы были полны решимости сделать эту группу не похожей на kein.
Mako: То, что хочу выражать лично я, всегда едино, потому таких мыслей у меня не было… Даже поначалу не было ощущения, что мы так уж изменили что-то. Я, разве что, попробовал изменить подход, слова, которые использую.
– Но не было желания что-то намеренно изменить?
Mako: Да. Лично я не хотел ничего менять в лирике.
– Разве? Но изменили ведь! Помню, Вы ранее говорили, что стало меньше женского взгляда, а больше мужского.
Mako: А… ну если Вы так говорите… то наверное. (улыбается) Но это не о 「グラミー」.
– 「グラミー」исключение.
Mako: Например, в kein 「嘘」я хотел передать диалог. Хотел написать песню с мужской и женской точкой зрения. Но сейчас я, вроде как, пытаюсь от первого лица говорить. Я, конечно, хочу попробовать делать что-то и как раньше, но хочу писать и то, о чем думаю лично я, а не что-то воображаемое.
– В западной музыке, к примеру, мы не всегда понимаем, о чем поется, но можем слушать музыку. Что думаете о лирике deadman в таком контексте?
Mako: Конечно, западную музыку можно и не понимать. Если мелодия хороша, то и достаточно. Но мы играем в Японии, где лирику понимают, так что тексты имеют значение. Вот я сказал, что Мэрилина Мэнсона люблю, но параллельно с ним я очень крутой считаю и песню「悪いひとたち」Blankey Jet City. Очень сильный месседж в ней, очень я был задет этим текстом. Потому лирику нужно не столько петь, сколько выражать, доносить…
– В этом есть проблематика. Кстати, в недавно выпущенной вами демо-записи не было текста ко второй песне quo vadis.
Mako: Там ужасная лирика, и мы ее не включили. Собирались добавить, но в итоге так и не напечатали.
– Понятно. А вот Вы, думаю, меняетесь, когда поете, когда на сцене стоите. Вы как-то переключаетесь?
Mako: Да.
– Какой Вы, когда стоите на сцене?
Mako: Даже не знаю, что на это ответить. Такой вопрос… (улыбается) Отдаюсь инстинктам. Ни о чем не думаю.
– Каким человеком становитесь?
Mako: Чувство, похожее на лопнувший мыльный пузырь? Будто душу выпускаю. Но другим человеком не становлюсь.
– Ничего не продумываете, когда стоите на сцене? Движения, например.
Mako: На репетициях немного тренируюсь, но на сцене особо не думаю об этом.
– Что для Вас стандарт удачного выступления? Например, когда Вы хорошо спели, или когда отдача от зала была положительной?
Mako: Когда хорошо спел, наверное. Когда голос был. Но вообще я думаю, что лучше всего лайвы удаются, когда я забываюсь. Когда я вообще не понимаю, что происходит, лайвы особенно хорошо проходят.
– Часто такое бывает?
Mako: Бывает. Но когда? Я не помню. Думаю, когда мы возвращаемся в гримерку и валимся с ног.
– Последнее время вы стали много вспомогательных декораций использовать. Инвалидное кресло, подиум, витрина. Светильники, бумажные пакеты и прочее. Более того, Вы не в одной песне это делаете, потому хотела спросить.
Mako: Постоянно использую. Это связано с тем, что я говорю. Потому задумываюсь, всё ли для этого подходит. (улыбается) Или, скорее, смогу ли я выразить что-то, используя то или это… Потому хоть я и использую то, что мне нравится, на самом деле выбираю отдельно для каждой песни, и это довольно сложно.
– О, для каждой песни подбираете?
Mako: Это может наскучить, да?
– Но Вы ведь перед этим “забываетесь” каждый раз?
Mako: Ну, когда как. Когда начинается песня, я с ней сливаюсь.
– Что Вас по большей части сподвигает использовать те или иные декорации?
Mako: В основном то, как я себя буду в них ощущать. Если я буду тем героем из лирики. И если у меня будет, к примеру, подиум, чтоб что-то лучше донести, то и слушателям будет это проще понять.
– Интригующе думать о том, что же появится дальше. Но мыслей удивлять слушателей у Вас нет?
Mako: Да. Хочу не столько удивить, сколько дать им почувствовать то же, что и я. Думаю, именно потому, что эти люди меня понимают, они и приходят посмотреть.
– Дома у Вас играет музыка?
Mako: Играет. А, иногда и нет. Видео включаю. И когда она смешивается с музыкой из видео, то выключаю.
– Часто оставляете видео включенным?
Mako: Часто.
– И часто находите в нем что-то, что Вас заинтересует?
Mako: Да. Когда смотрю, представляю, что думал бы на месте того героя. Думаю о других концовках в фильмах и переношу их в свою лирику.
– Хотите сказать, что чаще лирика появляется еще до того, как вы придумаете мелодию?
Mako: Например, aie приносит песню, а я раздумываю над ощущениями. Пытаюсь найти историю, которая подошла бы к этим чувствам. И это не только фильмы, а может быть и что-то, о чем думаю лично я.
– Вам просто писать лирику?
Mako: Конечно же нужно правильно подбирать слова, а это сущий ад. (улыбается)
– Не слишком ли быстро вы сейчас новые песни создаете? В хорошем смысле.
Mako: Быстро. И это ад, просто кошмар. (улыбается) У меня в запасе есть идеи, но страдаю над тем, какую развязку подобрать.
– Фильмы на Вас большое внимание оказывают?
Mako: Большое.
– Что Вам недавно особенно понравилось?
Mako: “Хедвиг и злосчастный дюйм” был хорош.
– А есть фильмы, после просмотра которых Вы еще долго о них размышляли?
Mako: Думаю да… Хотя сейчас так сразу не вспомнить. Ты словно вязнешь в фильме, он пристает к тебе, и нужно еще какое-то время, чтоб всё переварить. От “Реквиема по мечте” такой осадок остался. Но он интересный был.
– Когда Вас слушаешь, невольно думаешь о том, что многие вокалисты и книги читают, и фильмы смотрят, и вообще разносторонние люди. Ну, а какие лично у Вас планы на ближайшее будущее?
Mako: Лично у меня? Просто хочу и дальше продолжать выражать свои мысли.
– Раньше у вас бывали МС, но последнее время их толком нет. Потому в каком-то смысле лайвы прошлым летом были ценными.
Mako: Если сравнивать с прошлым, то мы стали более светлыми. В плане лирики, пожалуй… Если думать только о плохом, то привлечешь несчастья. Слышал, что художники, которые рисуют хоррор-мангу, будто притягивали демонов, так что всё это очень связано. Со мной тоже много неприятностей случалось, и это кошмар что… (улыбается)
– Вы об этом во время МС рассказывали.
Mako: Последнее время такого не бывает.
– Это хорошо. Вот только что подумала: есть много вокалистов, которые пытаются привлечь к себе внимание, показать какие они крутые. А что Вы об этом думаете?
Mako: Ну я совсем не крутой. Даже наоборот – несуразный какой-то? (улыбается) Так мне кажется. Нелепый уродливый калека. Не пытаюсь казаться крутым. Просто глупый и несуразный, как я думаю.
– Внутри того мира, о котором рассказываете?
Mako: Да. Человек, который пытается не столько выбраться наверх, сколько приблизиться к Богу, и страдает из-за этого. Так мне кажется… Что-то разговор получился не о песнях, а о лирике.

zyan7597

Читайте также:
Voice Mag 02 (Mako personal interview)
Voice Mag 03 (Mako personal interview)

 

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s